АНОО "Сосновоборская частная школа"

Пять педагогических правил от Симона Соловейчика

Версия для слабовидящих

Симон Львович Соловейчик умер в 1996 году, а перед этим стал живой легендой. Его рубрика в «Комсомолке» - «Алый парус» - была в шестидесятые одной из популярнейших. Как и его передача на радиостанции «Маяк» под названием «Я купил пластинку». Его книги, написанные в семидесятые - в первую очередь, «Педагогика для всех» - до сих пор бестселлеры. В восьмидесятые он - главный идеолог «Учительской газеты». В девяностые - создатель и главный редактор издательского дома «Первое сентября».

В середине пятидесятых, после окончания филфака МГУ, Симон Соловейчик преподавал русский язык и литературу в библиотечном техникуме города Зубцова - крохотного райцентра в Тверской области. Проработал он недолго - перешел в педагогическую журналистику и принялся активно дополнять свой собственный учительский опыт учительским же опытом своих коллег. Будучи и преподавателем, и журналистом, и отцом троих детей, он со временем создал собственную педагогическую философию, которая, следует полагать, останется навсегда актуальной.

В педагогике не может быть точных рецептов

Однажды Симон Соловейчик решил прочитать своему маленькому сыну сказку. Сказка была очень правильная и поучительная. О пользе труда, и вреде лени. Очень хорошая сказка. Она должна была принести сыну огромную пользу.

Сын, однако, слушал невнимательно, все время ерзал, нервничал. Это нервное состояние передалось и отцу. И, кое-как дойдя до завершения, до того момента, когда труд одержал окончательную победу над ленью, он, вдруг, понял, в чем дело: «Я сидел за столом вполоборота, удобно облокотившись и раскрыв перед собой книгу; сыну очень понравилась эта уютная поза, и он захотел сесть так же, но малыш не мог дотянуться, стол был слишком высокий, и его локоть все время соскальзывал, а он все же вновь и вновь повторял эти попытки. Вот так и получилось, что я думал, что учу его трудолюбию, а оказалось, что всего лишь учил облокачиваться».

Так что же, ничего не делать вообще, вовсе не ставить перед собой никаких целей? Нет, конечно. Только главное - не результат конкретного урока, который, повторимся, может быть совершенно непредсказуемым, а сам характер общения, степень доверительности, желание помочь. Если с этим все в порядке - то и результат не замедлит сказаться.

Нужно всего лишь быть простым и искренним

На педагогическую практику в глухой, провинциальный Зубцов Симон Львович отправился, будучи золотым медалистом и с красным университетским дипломом. В результате за три года практики бывшие зубцовские двоечницы и бездельницы сами сделались отличницами.

Увидев, что девушки (а ученический коллектив в библиотечном техникуме по преимуществу женский) абсолютно безграмотны, он стал в свободное время учить их писать. Сначала, естественно, это не вызвало энтузиазма. Но учитель из Москвы не выглядел высокомерным и надменным. Он говорил о том, что этим девушкам предстоит нести в массы культуру, о том, насколько благородна эта миссия, и что она невыполнима, если сами они останутся такими бескультурными. Но эти слова почему-то звучали без лживого пафоса, он произносил их легко и спокойно, как будто бы рассуждал о чем-то естественном и простом.

И Симону Львовичу быстро удалось переломить сопротивление. 

Личный пример значит гораздо больше объяснений

Сын Симона Соловейчика, Артем Симонович Соловейчик, вот уже более двадцати лет продолжающий дело отца в качестве главного редактора издательского дома «Первое сентября», вспоминал, как Симон Львович отучил его в детстве курить. Дело в том, что он сам курил практически непрерывно и часто сетовал: «Как я мог сказать тебе, своему сыну, не кури, если сам заядлый курильщик».

Сын же, как водится, таскал сигареты из отцовского стола. И в течении нескольких недель утянул оттуда восемь блоков недоступных в СССР английских сигарет, к которым отец вообще не притрагивался - берег для особо торжественных случаев - и которые Артем радостно курил сам и щедро угощал одноклассников.
И вот пропажа обнаружена. Сын мысленно готовится к головомойке. Но вместо этого отец ложится на диван и говорит: «Наверное, я сейчас умру. Я незаметно для себя выкурил восемьдесят пачек сигарет. А это смертельная доза».

В результате вся семья подхватилась и срочно поехала в подмосковный лес - проветривать легкие якобы пострадавшего Симона Львовича.

А Артем после этого случая не выкурил в жизни вообще ни одной сигареты.

Главное - научиться видеть глубже текста

А вот еще одно детское воспоминание Артема Симоновича. Будучи школьником, он любил подсунуть отцу какой-нибудь из своих учебников. Тот брал его в руки, морщился, видя, насколько там безжизненно, формализованно изложен материал, не спеша, страница за страницей перелистывал его, а затем минут за сорок полностью - и, главное, совершенно понятно - излагал весь годовой курс.

Впрочем, бывало и наоборот. Отец с сыном садились, брали небольшой фрагмент какого-либо текста и принимались состязаться - кто найдет в этом фрагменте больше разных смыслов. В таком случае несколько абзацев разрастались до объемистого манускрипта.

Симон Львович называл это «видеть глубже текста» и говорил, что такое умение - главное в жизни.

Человек должен быть свободным

В 1994 году Симон Соловвейчик опубликовал манифест «Человек свободный».

«От чего свободен внутренне свободный человек? Прежде всего от страха перед людьми и перед жизнью. От расхожего общего мнения. Он независим от толпы. Свободен от стереотипов мышления - способен на свой, личный взгляд. Свободен от предубеждений… Свободного человека легко узнать: он просто держится, по-своему думает, он никогда не проявляет ни раболепства, ни вызывающей дерзости… Это легкий человек, с ним легко, у него полное жизненное дыхание.
Каждый из нас встречал свободных людей. Их всегда любят. Но есть нечто такое, от чего действительно свободный человек не свободен. Это очень важно понять. От чего не свободен свободный человек? От совести».

Симон Львович очень любил рассказывать о том, как после практики не прошел в аспирантуру, получив «два» по педагогике, а уже в зрелые годы его большинством голосов «прокатили» в действительные члены Академии педагогических наук.

Он явно гордился и тем, и другим. В обоих случаях он поступил как полностью свободный человек, излагая свои собственные взгляды на обучение и воспитание, а не то, что от него ожидали чиновники от педагогики.

Автор

Алексей Митрофанов

Вы здесь: Home News and Events Пять педагогических правил от Симона Соловейчика